Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

Объеденный альянс Деревни "Аниме"

23:09 

Возрождение

$ Keko - san $
Когда я хорошая, я очень-очень хорошая, но когда я плохая, я еще лучше!(с)Я создана из ласки, слёз, любви и ненависти, счастья и печали, из боли и блаженства, из крика и улыбки…(с)
Название: Возрождение
Имя автора: Kastana
Рейтинг: R (may be NC-17).
Пейринг: Kanda Yu|Allen Walker , etc
Жанр: мистика с элементами детектива, романтика, ангст
Состояние: в процессе
Дисклеймер: права на персонажей мне не принадлежат.
Предупреждение: Возможна ненормативная лексика. ООС. AU. Текст не бечен.
От автора: Особая благодарность... моему сну! Вот такая чушь мне снится.
От автора (2): Давно не писала миди/макси. Полагаюсь на вашу критику и комментарии.
Краткое содержание: Он встретился нос к носу с неизведанным, незнакомым, странным. Речь идет об аномальном явлении или земном человеческом чувстве?
От Админа - сана: так как не было сказано, можно было размещать этот фанфик или нет? то я смело его перетащила сюда) Приятного Вам чтения! Да и оставляйте коменты!


Глава 1.
Успеть закрыться, блокировать удар, сразу же переходя на контратаку. Пригнуться, небрежно схватив противника за рукав, и потянуть на себя, второй рукой больно ударяя под дых. Воспользоваться замешательством партнера и швырнуть его на пол, прижав подбородком к крашеным доскам.
Новичок – сразу чувствуется.
Пепельный блондин улыбнулся и подал проигравшему руку, помогая встать с холодного пола. Поверженный новенький воспользовался предлагаемой помощью.
— Быстро же ты меня, — без тени обиды усмехнулся он, отряхивая трико от пыли.
— Понаберешься опыта — будешь также укладывать.
Весь гул в спортивном зале перекрыл громкий прерывистый свист. Юноши обратили своё внимание на тренера, который, смотря на свои часы, сказал идти переодеваться. Толпа парней двинулась к небольшой деревянной двери, ведущей в раздевалку.
Все крики и стуки, эхом разлетающиеся по спортивному залу, сузились до простой мальчишеской бубни. Свет здесь был мягким и тусклым, а воздух горячим и спертым.
Аллен в темпе снял с себя мокрую футболку, вытерев ею вспотевшее лицо и, скомкав, засунул её в свою сумку. Также быстро сменил спортивные штаны на простые черные, отправив первые по тому же адресу, что и футболку. Надев свой серый свитер, парень закинул сумку через плечо и вышел из раздевалки.
Было жарко и душно, щеки горели, и очень хотелось пить. Воздух коридора приятно холодил кожу, отчего парень невольно прикрывал глаза.
Аллен заглянул в окошко гардеробной, но там никого не было. Вздохнув, он присел на лавочку, поставив сумку рядом с собой. Прикрыв глаза, он расслабился.
Лицо постепенно остывало, а проходившие мимо люди разгоняли воздух, создавая ветерок. Только сейчас мальчик почувствовал, как сильно он устал за этот день. Спину ломило, ноги были рады, что их хозяин позволил себе присесть, а в висках громким пульсом отдавалась боль. Идти домой абсолютно не было сил.
— Никого нет?
Аллен открыл глаза и увидел новенького, крутившегося у окошка гардеробной.
— Давно ждешь? – этот вопрос уже был адресован Аллену.
— Минут пять, — выдохнув, ответил мальчишка.
Новенький громко вздохнул и присел рядом с Алленом.
Блондин почувствовал на себе изучающий взгляд и покосился на товарища. Тот в открытую осматривал, даже изучал его, не стесняясь и не прерывая зрительного контакта даже после того, как Аллен презрительно фыркнул:
— Чего?
Новенький заглянул ему в глаза:
— Сколько тебе лет?
Этот вопрос взбесил Аллена. Мало того, что этот пацан бесстыдно пялится на него, так и внаглую спрашивает почти личные вопросы, не догадываясь, наверное, что для приличия можно было бы и представиться. Проглотив застрявшую в горле пару колкостей, Аллен прищурился:
— Сколько лет, столько и зим, — голос был недовольным и немного грубым.
Новенький наклонил голову вбок, улыбаясь.
— А зим тогда сколько? – он смотрел беззастенчиво, давая понять, что не отступится и не бросит затею.
День не заладился с утра, а теперь какой-то попугай допытывается со своими раздражающими вопросами. Аллен глубоко вздохнул и решил, что отвечать не будет. Однако настойчивости рядом сидящего парня не было предела:
— Хорошо. Лет тебе мало, как и зим. Тогда другой вопрос: откуда такой большой шрам на полщеки?
А вот это уже ни в какие рамки не влезало.
— Меньше знаешь – лучше спишь, — одарив парня предупреждающим взглядом, Аллен хмыкнул.
— А когда не знаю, я совсем не сплю! – новенький заулыбался.
— Твои проблемы.
Вопросы этого негодяя выводили из себя. Аллен не был больным или психически неуравновешенным, но почему-то ему захотелось ударить по этой наглой морде, да посильнее, чтобы стереть и тень улыбки с его лица.
К окошку гардеробной подошла женщина на вид лет тридцати. Погремев связкой ключей, она сняла небольшой замок с решетчатой двери и зашла внутрь. Новенький тут же подорвался с места, подходя к окошку, а Аллен с негодующим видом поплелся следом.
— Простите, мальчики, — сказала женщина, дружелюбно улыбнувшись, но в улыбке этой проскользнуло извинение. – В столовой, напротив которая, пришлось ждать, пока там выгружали свежие пончики. Только привезли! – она взяла протянутые номерки и скрылась за куртками.
Аллен косо посмотрел на новенького. Пришлось приподнять голову, чтобы взглянуть на его лицо – он оказался выше его, на полголовы где-то. А женщина тем временем продолжала:
— Трудно просидеть до самого вечера, не пообедав даже. Вы извините, не хотела заставить вас ждать.
Она подошла к окошку с двумя куртками – серой, с белым мехом по ободку капюшона, и черной кожаной. Новенький поблагодарил женщину, и, на ходу одеваясь, покинул помещение.
Аллен вздохнул и облегченно посмотрел на хлопнувшую дверь. Этот новенький явно возомнил о себе слишком многое. Но ничего, Аллен пообещал себе, что на следующем занятии он приложит его посильнее к полу.
Одевшись, он накинул капюшон на голову.
— До свидания, Миранда, — кинул он на прощание и, не дожидаясь ответа, вышел на улицу.
Судя по огромным лужам и холодному ветру, нетрудно было догадаться, что все это время шел дождь. Желтые листья прилипли к мокрой земле, изредка перемещаясь под напором ветра. Пахло сыростью и свежестью. Аллен любил этот запах, запах осени и умиротворения.
Мальчик осмотрелся в поисках источника раздражителя. В радиусе двухсот метров не было никого, а значит, причин для беспокойства тоже быть не должно.
Почти свободно вздохнув, мальчик быстро зашагал по направлению к дому. Уже начинало темнеть, и кое-где в домах зажигался свет. Прохожих было мало, а кто и встречался ему на пути, все спешили, вздрагивая от пронизывающего ветра.
Внезапно, ему показалось, что кто-то шел рядом. Обернувшись, Аллен не приметил никого и, списав всё не усталость, облегченно вздохнул. Посмотрев на электронные часы вверху торгового центра, мальчик спрятал руки в карманы и ускорил шаг – ему не хотелось бы пропустить проводы отца.

Вечер был пропитан усталостью и желанием «поскорее лечь спать». Когда Аллен вернулся домой, его уже ждали гости. Мана пригласил несколько своих знакомых, как выяснилось позже – это были его коллеги по работе. Все были одеты, как на званый ужин в дорогом ресторане. Хотя это и был ужин, но совсем обыкновенный.
Отец Аллена сегодня ночью улетает в Таиланд. Мальчик не был огорчен и не находился в состоянии нервозности. Он уже привык к таким визитам своего отца в разные страны. Полгода назад Мана вернулся из Туниса – северной страны Африки, — пробыв там где-то шесть недель. А в прошлом месяце он собирался улетать во Вьетнам, но по каким-то причинам его дело провалилось, и поездка не состоялась. Мана часто путешествовал по странам – работа требовала. Он был и в Венесуэле, и в Аргентине, и долетал до Австралии – облетел почти все южное побережье Мира.
Когда разъезды только начинались, Аллен очень переживал. Оставаться подолгу одному дома ему не нравилось. Признавать, что ему было страшно, он тоже не хотел, тем более говорить о таких непозволительных слабостях отцу было немыслимым. Аллен в глазах правильного папочки всегда был настоящим джентльменом — он воспитывал его без жены и воспитывал так, как считал нужным. Он с детства приучал его к рубашкам и галстукам, начищенным туфлям и чистым носкам. Утренняя ванная даже не оспаривалась – непозволительно настоящему джентльмену быть неумытым или, не дай бог, выйти на улицу с грязными руками. Пропускать девочек вперед или открывать перед ними двери Аллена научил он еще с детского сада, но мальчик плохо ладил с детьми, в связи с чем его пришлось забрать оттуда. Что касалось учебы, то здесь Мана играл небольшую роль: редко проверял домашнюю работу сына, хотя и всегда посещал родительские собрания, интересовался отметками Аллена, но не заострял должного внимания на том, когда мальчик признавался ему в двойках, всегда спрашивал, сделал ли его сын домашнее задание, и не всегда слышал ответ, принимая тишину за согласие.
С самого детства у мальчика был мистический цвет волос. Соседи часто с упреком смотрели на Ману, мол, зачем же так мальчишке волосы портить с ранних лет, но они и не верили, и не догадывались, что снежно-белый цвет волос мальчика – его родной. Соседи всегда смотрели на отца и сына с презрением. Шрам на щеке Аллена пугал детей, отталкивал взрослых и оставлял много сплетен за их спинами. Кто-то даже говорил, что это Мана поставил своему ребенку такое увечье.
Какой бы странной эта парочка не казалась, отец и сын были всегда вместе. А когда Мана устроился на новую работу, он стал меньше бывать дома. Но к тому времени Аллен ходил уже в восьмой класс и не устраивал истерик на тему «брошенного сына». Когда Мана улетел впервые, Аллен не находил себе места. Ему порой казалось, что он проснется утром, а Мана уже чем-то будет греметь на кухне. Но всё это были не больше, чем ожидания и надежды, мечты. Но к отсутствию отца Аллен постепенно привыкал. Постепенно это становилось обыденным, нормальным.
— А вот и Уолкер младший, — мужичок лет пятидесяти дружелюбно улыбнулся вошедшему в квартиру мальчишке и протянул руку.
Аллен улыбнулся в ответ, пожимая протянутую руку. За спиной незнакомца мельтешили еще двое, но они ограничились кивком и вербальным приветствием. Скинув с себя куртку и сумку, Аллен прошел в зал, где его отец разобрал стол для приема гостей.
— О, Аллен, а ты подрос со времени нашей последней встречи, — громко заявил мужчина с очками на носу.
Этого мужчину Аллен запомнил – он уже приходил к ним, правда это была встреча годовой давности. Он запомнился ему своей нескончаемой жизнерадостностью, а еще тем, что он играл с Алленом в карты — это первый папин друг, уделивший ему так много времени.
— Здравствуйте, Комуи, — Аллен дружелюбно пожал ему руку.
— Скоро папочку догонишь явно, ишь ты, вырос как, — одобрительно сказал Комуи, вновь присаживаясь на диван.
Аллен принял эти слова не лучшим образом: что касалось его роста – он комплексовал. Метр шестьдесят девять для семнадцати летнего парня он считал недостаточным. И почему все так делают ударение на это их «Вырос» или «Подрос»? Но мальчик лишь выдавил улыбку, делая вид, что доволен комплементом.
Третий мужчина, который не проявил никакого интереса к сыну своего друга, выглядел мрачно. Он сидел, ровно выпрямив спину, хмуря густые брови. А усы придавали ему еще более угрожающий вид. Но Аллен не стал зацикливаться на этом незнакомом ему человеке, с огромным удовольствием принимаясь за ужин.
— Мана, вы долго намереваетесь прибывать в Таиланде? – спросил мужичок, который первый пожал Аллену руку.
— Может месяц. А может немного больше – всё зависит от обстоятельств.
— Вам предлагали же поехать в Индию, почему же тогда вы выбрали Таиланд? – спросил «угрюмый» дядька, как поименовал его Аллен.
— В Индии менее выгодное дело, — ответил Мана и посмотрел на сына: — Как дела на секции?
Аллен поднял взгляд на отца, поняв, что обращаются к нему:
— Отлично, — он улыбнулся.
— Аллен, а ты уже где-то учишься или оканчиваешь школу? – спросил Комуи, делая глоток вина.
— Второй вариант, — мальчик улыбнулся. – На следующий год только поступать.
— И куда же? – заинтересованно спросил Комуи Ли. – Моя младшая сестренка поступила в этом году. Прошла на бюджетное отделение! – он гордо улыбнулся.
— Рад за вас, — Аллен опустошил стакан с соком.
— А ты уже выбрал специальность?
— Пока нет, — ответил мальчишка и встал из-за стола. – Большое спасибо, было очень приятно с вами побеседовать. А я, пожалуй, отлучусь. Еще уроки учить, — он почесал затылок и посмотрел на отца.
Мана кивнул в знак разрешения, и Аллен покинул гостиную, поспешив к себе в комнату. Причина «делать уроки» подошла как никогда к месту.
Он зашел в свою спальню и осторожно прикрыл за собой дверь.
Квартира, в которой Аллен жил со своим отцом, была небольшой: маленькая комната, немногим больше кухни, зал и уборная. Спальню Мана отдал сыну под личное пользование, то есть с самого въезда в новую квартиру Аллен называл эту комнату своей. Сам Мана обходился стареньким диваном в гостиной – ему этого было более чем достаточно.
Аллен снял свитер и повесил его на спинку компьютерного кресла. Глубоко вздохнув, он кинул уставший взгляд на стопку учебников на письменном столе, но уроки делать было лень. Да и когда, собственно, он делал их в последний раз? Списав всё на отсутствие сил, мальчик с блаженством прилег на прохладное покрывало своей полуторной кровати.
В этот миг, показалось, что все силы оставили его – лень было даже руку вверх поднять. Эта ночь – старт новых таких же, одиноких и холодных. Аллен уже привык обходиться без родных глаз и рук, тем более гордость признавать себя зависящим от отца не позволяла. Но как бы часто мальчик не оставался один, он всё равно скучал. Все дети скучают, будь они на десять километров от родителей, или на несколько тысяч. Но дело еще и во времени, на протяжении которого эти километры не будут сокращаться.
Иногда мальчик фантазировал, что у его есть мать, бабушка, дедушка, младшая сестра и любимые тетя с дядей, но такие мысли долго не задерживались и трусливо расползались, потому что Аллену было сложно представить, как он делится своими переживаниями с кем-то еще, кроме Маны.
Голоса, доносящиеся из гостиной не стихали, и Аллен всеми силами старался побороть накативший на него сон – ему хотелось бы проводить отца, в последний раз за этот месяц заглянув ему в глаза.
Спустя недолгое время, в комнату мальчишки, тихо приоткрыв дверь, зашел Мана. Сердце предательски дрогнуло, но мальчик не показал ни единой эмоции расстройства – он сильный, так твердил он себе. С утра ему было абсолютно все равно, сколько дней, недель он будет на этот раз один, но по мере приближения времени отлета отца, внутри ком переживаний и волнений становился все больше. Все еще овеянный дымкой сна, Аллен быстро оделся и, взяв ключи, вышел вместе со всеми из квартиры.
На улице снова шел дождь, а у подъезда уже стояло такси. Желтые купола фонарей отражались на зеркальном асфальте, и холодный ветер укутал вышедших людей в свои объятья.
— Ну, в добрый путь, — улыбнувшись, сказал Мана, когда все уселись в машину.
Аллен улыбнулся – улыбка отца всегда заставляла сомнения исчезать.
Раздался громкий рев мотора, и машина двинулась.

Утро началось с раздражающей трели будильника. Впрочем, как и всегда. Учебный день прошел также, ничем не отличаясь от предыдущих, да и вряд ли последующие дни вообще станут другими. С последнего урока мальчишка без сомнений ушел, не желая делить своё время с раздражающей его физикой.
Погода ухудшалась с каждым часом. Всю ночь шел дождь, а теперь ртуть беспрепятственно падала за пределы нуля.
Выдохнув, Аллен насладился видом выпущенного воздуха: белый пар, подобно сигаретному дыму, выходил каждый раз при выдохе. Набрав в легкие его побольше, он медленно выпустил его наружу, с удовлетворением наблюдая за ним.
Беззаботная походка и непринужденная улыбка застыли. Ему показалось?
Аллен обернулся, серьезным взглядом осмотрев пустую аллею, усыпанную сухими листьями. Странно, манией преследования он не страдал, но сейчас ему показалось, что кто-то почти дышал за его плечом. Это сбило мальчишку с линии душевного равновесия.
Глубоко вздохнув, мальчик покачал головой и постарался выкинуть тревожную мысль из головы. Однако чувство, что кто-то идет следом, не покидало. Аллен лишь ускорил шаг. Чего ему бояться? Постоять за себя он сможет — не слабенький мальчик, тем более шесть лет посещения занятий по обучению приемам в ближнем бою не прошли даром. Но здесь что-то не так, он чувствовал это.
Его дом был уже не так далеко – буквально минут семь, и вот-вот выглянет серый бок знакомого здания. Время показалось тягучим и липким, а собственные шаги — немыслимо медленными.
Шорох листьев прямо за спиной.
Сейчас.
Страх и волнение, прилив адреналина и готовность к обороне. Аллен быстро развернулся и, схватив преследователя за грудки, остановился в недоумении.
— Ты...?
На него сверху вниз смотрели два наглых зеленых глаза новенького, который вчера так старательно лез с раздражающими вопросами. В серых глазах Аллена читались удивление и… облегчение?
— Да, это всего лишь я, — улыбнулся тот, и улыбку его наполнила хитрая усмешка. – Руки не распускай.
Аллен грубо оттолкнул пацана от себя, разворачиваясь и приводя бешено стучащее сердце в порядок. Новенький нагнал его и выровнялся с ним в шаге.
— Какого черта ты здесь делаешь? – раздраженно спросил Уолкер.
— Гуляю, — абсолютно спокойно ответил зеленоглазый и спрятал руки в карманы.
— Тогда спрошу с другого бока: какого черта ты следил за мной?
— Я? Следил? За тобой? – новенький удивленно и ехидно посмотрел на Аллена. — Мальчик, поправь корону. С какого перепуга ты мне сдался?
— Не строй из себя идиота, — предупреждающе сказал Уолкер. – Я тебя заметил еще у торгового центра.
На самом деле Аллен не мог в точности утверждать, что это был новенький, ведь у торгового центра он только почувствовал присутствие кого-то. Но внезапное появление со спины этого попугая всё объясняло – у них явно была взаимная «симпатия».
— Да ну? А то, что я только что свернул на эту аллею, ты не заметил? – спросил новенький.
Аллен остановился и посмотрел на также остановившегося парня. Чувство преследования пропало сразу же, как за спиной появился этот черт. Он с самого начала их почти знакомства стал раздражать Уолкера, причем явно это видел. А теперь он решил еще и поиграть с ним?
— Тогда почему ты оказался так близко от моей спины? – стараясь придерживаться относительному спокойствию, спросил Аллен, вновь возобновляя шаг.
— Так бы сразу и спросил, а то «Следишь» да «Преследуешь», — оживился парень. – Напугать тебя хотел, мелкий.
«Мелкий?» — Аллен скрипнул зубами, не обратив внимания на то, что помимо этого сказал рыжий. Зло посмотрев на новенького, он покачал головой:
— Ты идиот.
— Да ладно, есть немного, — отмахнулся тот, не собираясь уходить по своим делам, продолжая идти вровень с блондином.
Уолкер почувствовал, что обстановка медленно, но верно разряжалась. Дом уже во всю красовался перед его глазами, а в компании с этим попугаем целым дойти до подъезда не составит труда. Хмыкнув себе под нос, Аллен ускорил шаг.
— И куда ты так втопил? – не отставал новенький.
— Куда надо, — отрезал мальчик, снова раздражаясь. – И вообще, прекрати лезть не в своё дело.
— Нервный, как баба, ей богу, — вздохнул рыжий.
Аллен опешил. Совсем не от того, что какой-то негодяй сравнил его с «бабой», а от того, что… он действительно в последнее время стал каким-то неуравновешенным. Уроки его стали раздражать сильнее прежнего, замечания казались более колкими, отъезд Маны пропитался несвойственным ему волнением, даже звонок будильника сегодня показался угнетающе ужасным, а теперь еще и простой наглый пацан, который явно не знает правил приличия, вынуждал Аллена срываться почти на истерику и крик.
— Эй, мелкий? – рыжий помахал рукой перед носом блондина. – Ты еще тут?
Аллен моргнул, возвращаясь в реальность. Первым, что пришло в голову, это уже столько раз произносимое и заученное:
— Я не мелкий, — голос прозвучал совершенно спокойно.
Рыжий усмехнулся, наблюдая за смятением на лице товарища. Аллен был растерян и чем-то напуган, но эти ненужные эмоции быстро покинули его лицо и он, развернувшись, быстрым шагом направился к подъездной двери, но его остановил голос новенького:
— Подожди, — парень подошел к Уолкеру и протянул ему руку. – Будем знакомы?
Аллен удивленно посмотрел на парня, с презрением смотря на такую… дружелюбную улыбку, которая никак не сочеталась с тем наглым взглядом. Однако отступать было не в его рамках.
— Аллен, — ответил мальчик, пожимая протянутую руку.
Новенький кивнул:
— Лави.

Скрывшись от изучающих зеленых глаз, Аллен нажал кнопку вызова лифта. В голове крутился калейдоскоп мыслей, рассыпающихся, как порванные бусы. Ни за одну из них было невозможно сейчас зацепиться и посмотреть на нее, как следует. Изучить, понять. Мысли, как пчелы роились в светлой голове, почти создавая такое же жужжание, только в виде головной боли. Этот новенький, это чувство грядущей перемены, эта раздражительность – всё вспышками возгоралось в мальчишеской голове. Хоть Аллен и успокоился на тему преследования, поняв, что это был розыгрыш его нового знакомого, но что-то не отпускало его, неизвестностью затягивая в пучину раздумий и смятений.
Квартира встретила его одиночеством. Холодный, некипяченый чайник давал понять, что дома никого не было после его ухода. Значит Мана действительно уехал – это был не сон. Как бы сейчас Аллен хотел поговорить с отцом, чтобы чувство, гложущее его изнутри, отступило, ушло, забылось. Но с отъезда Маны прошло чуть более шестнадцати часов.
Аллен вздохнул – этот отъезд нервировал его, как никогда ранее. Сразу же всплыли слова Лави о его «нервозности».
— Да что, черт возьми, такое творится… — его слова разлетелись по тихой комнате, разбиваясь о стены.
Когда вечер безудержно гнездился, накрывая улицы слой за слоем темным оттенком, Аллен снова стал чувствовать странное присутствие. Возникало такое ощущение, словно кто-то следил за ним, испытывал его, ждал чего-то, но не было никого. Понимая, насколько сейчас комично выглядел он со стороны, мальчик всё равно прошелся по всей квартире, проверяя каждый угол. Конечно, здесь и быть никого не может, но чувство-то есть.
Усевшись за компьютер, Аллен нажал большую кнопку на системном блоке и с каким-то необъяснимым облегчением вслушивался в гудение аппарата. Покачав головой, он подумал, что было бы неплохо завести дома кошку или птичку, а можно ограничиться и хомяком, хоть как-то скрашивая холодное одиночество.
Монитор засветился привычной заставкой. Тихо прозвучала музыка приветствия, которая обычно воспроизводилась при включении компьютера. Теперь Аллену показалось, что дышать стало гораздо легче, а на ум пришла идея: «Включить музыку».
Не превышая нормы дозволенной громкости, Уолкер включил самую веселую, на его взгляд, песню и постарался расслабиться, проверяя сообщения на форуме. Но как ни глуши чувство внутри себя, оно всё равно остается.
В этой квартире свет будет гореть до утра.

Погода отказывалась идти на уступки, с утра выливаясь проливным дождем на просыпающийся город. Ветер не успокаивался, выл словно раненый зверь, теребя оставшиеся листья на деревьях. Он без намека на сожаление срывал золотые уборы с веток, разбрасывая их по мокрому асфальту, швыряя из стороны в сторону. Машины проносились мимо, оставляя за собой фонтаны брызг. Прохожие кутались в шарфы, крепче хватаясь за свои зонтики.
Аллен, быстро поднявшись на крыльцо школы, снял капюшон, довольствуясь, что волосы остались сухими. Из-за вредности зонт брать не хотелось, поэтому пух белого воротника, впитавший в себя всю пролитую с неба воду, отчаянно повис намокшими стрелками. Болоньевая серая куртка не пропустила влагу – Аллен рассчитывал именно на это, когда оставлял зонт дома.
В классе было тепло. Персиковые жалюзи скрывали весь хаос, что творился за окном на улице. Усевшись за свою парту, Уолкер позволил себе не думать о своих страхах, которые родились в нем прошлым днем. Отдаваясь привычному шуму, который фоновой заставкой шелестел в ушах, мальчик прикрыл глаза. «Это паранойя», — мысленно сказал Аллен.
Впервые за долгое время Уолкер был рад провести время в школе – здесь не было угнетающего чувства присутствия кого-то постороннего. Впервые за долгое время мальчик был рад провести время в компании своего класса – так он отвлекался от воспоминаний об ощущениях, что его преследовали. Впервые за последние сутки он смог по-настоящему спокойно дышать.
Он и не мог понять, почему мерещившееся его так сильно пугало. Аллен не мог объяснить себе своего поведения, с паническим страхом оглядываясь назад. Оттягивая время до возвращения домой, парень даже остался на подготовительные курсы, на которых в последний раз был в начале года. Но разве возможно избежать неизбежного? В данном случае «неизбежным» являлась дорога домой.
Глубоко вздохнув, Аллен вышел из школы.

Дождь уже исчерпал себя, оставив в воздухе лишь плотный слой влаги. Аллен наступал на лужи, не обращая никакого внимания, что его обувь вот-вот наполнится холодной водой. Ему было страшно. Он почти физически ощущал взгляд, направленный ему в спину, как дуло пистолета. Он боялся пошевельнуться, но продолжал отчаянно ускорять шаг. Ему казалось, что он сходит с ума, и что все направленные на него взгляды прохожих – осуждающие. Он сходит с ума, или всё же мир сходит с ума? Но он ничего не мог поделать с возникшим чувством опасности внутри. Создавалось впечатление, словно чья-то холодная аура пронизывала его существо невидимыми иглами, словно зловещий оскал смеется ему в затылок.
Аллен не выдержал.
Сорвался на бег.
Железная дверь, угрожающе скрипя, впустила в покои холодного подъезда. Аллен, не понимая порыва «бежать», стрелой пустился вверх по лестнице до своего седьмого этажа. Руки почти не подчинялись хозяину, отзываясь на все движения дрожью в пальцах, а губы лишь молили об одном, шепотом повторяя одно и то же слово: «Быстрей».
Выронив ключи, Аллен резко схватился за левый глаз.
Приглушенный крик эхом раскатился по подъезду.
Мальчик почти упал на колени – острая боль, словно пропитанная ядом игла, пронзила все тело. Стало трудно дышать, а мысли завязались в тугой и плотный узел. Голова, казалось, рвется по швам. Вся эта боль исходила не то из глаза, не то от шрама на щеке. На миг показалось, что всё его лицо горит в диком огненном пламени.
— Не отчаивайся, сейчас это пройдет, — голос прозвучал совсем рядом.
Аллен, не убирая руки от левого глаза, обернулся назад – не было никого. Сплюнув, он судорожно вздохнул:
— Я сошел с ума, — свой голос он не узнал – слишком тонкий и беспомощный.
— Мальчик, убери руку от лица и посмотри на меня, наконец, — потребовал голос, раздавшийся где-то в двух метрах от Аллена.
Уолкер вдохнул. Почему-то сознание доверилось этому приказу, и рука, так отчаянно прижимавшаяся к источнику боли, опустилась.
Сердце пропустило удар.
Аллен заворожено смотрел на мужчину, стоявшего перед ним. Он был уверен, что никогда раньше его не видел, но откуда он здесь?
Незнакомец стоял расслабленно, скрестив руки на груди и снисходительно глядя на Аллена. Его волосы были небрежно зачесаны назад, но непослушные черные завитки всё равно спускались на лицо. Его губы были растянуты в подобии улыбки, а в глазах плескалось предвкушение предстоящего разговора.
Аллен смотрел на мужчину, соглашаясь с тем фактом, что психиатрическая больница ждет его с теплыми объятиями. Но сейчас любопытство и чувство неизвестности окутывали его сознание плотной пеленой, не позволяя другим мыслям просачиваться в его голову.
Мужчина сделал шаг ближе к Аллену, от чего мальчик почувствовал прилив холодной энергии. Словно воздух вокруг этого не то видения, не то действительно человека был леденящим.
Незнакомец присел на корточки напротив Уолкера:
— А я всё ждал, когда ты меня увидишь, — он усмехнулся.
Аллен молчал – он как будто забыл, как разговаривать. А мужчина тем временем продолжал:
— Сначала мне показалось, что твой глаз меня улавливает, но я ошибся, — голос звучал твердо, но с нотками доверия. – Однако я понял, что ты чувствуешь моё присутствие, и я продолжал ходить за тобой.
Мальчик качнул головой. Постепенно он вспомнил, как ровно дышать, а за этим и тело вспомнило, что оно способно двигаться. Туман в голове понемногу рассеивался, и чувство обреченности отступало на второй план.
— Я вот, собственно, чего за тобой ходил, — мужчина встал и облокотился на лестничные перила. Он закинул голову вверх, внимательно вглядываясь в глаза испуганного мальчика. Внезапно саркастичная улыбка нарисовалась на его лице: — Да ты испугался? Прости-прости, напугать, честно, не хотел, — и для полного убеждения он приподнял руки вверх в примирительном жесте. – Так вот…
— Подожди, — голос Аллена был хриплым. Мальчишка прочистил горло и продолжил: — Что значит «твой глаз меня улавливает»?
Незнакомец приподнял бровь:
— Совсем тугодум что ли?
Аллену не понравилась эта колкость.
— Ладно-ладно, не горячись, — улыбнулся мужчина, заметив изменение в лице Уолкера. – Твой глаз, вот тот, что со шрамом, он способен улавливать меня, — этот факт явно радовал «видение» — об этом говорила его улыбка, поставленная точкой в его высказывании.
Аллен, не задумываясь, прикрыл левый глаз и вздрогнул – мужчина пропал.
— Да, ты правильно меня понял, — продолжил незнакомец. – Ты единственный, кто меня видит, и я тут за тем, чтобы ты мне помог.
Аллен медленно приоткрыл глаз, вновь встречаясь с взглядом мужчины. Боль, сотрясавшая его тело, прошла, оставив после себя лишь тупые отголоски покалываний. Глубоко и медленно вздохнув, Уолкер попытался подняться.
Незнакомец, наблюдая за своей целью и видя, что мальчишка обеспокоен явно не тем, что его просят о помощи, тихо покашлял.
— Эй, так ты мне поможешь?
Аллен поднял на «видение» растерянный взгляд:
— Почему я тебя вижу?
Мужчина закатил глаза с видом «Ты точно тугодум» и с внушительными паузами объяснил:
— Повторяю: ты видишь меня благодаря твоему глазу.
— Это я понял. А почему остальные не видят? – Аллен отряхнул колени. – Ты вообще кто?
Тонкие и длинные пальцы незнакомца нервно постучали по перилам, после чего он сказал:
— Как бы так объяснить… Я что-то между привидением и мертвецом.
Аллен в изумлении уставился на источник его не лучшего состояния. По спине пробежался холодок, а внутри вновь завязался узел сомнений.
— Не пугайся ты так. Я ничего плохого тебе не сделаю, я — безвредное привидение.
Аллен едва заметно кивнул и постарался взять себя в руки:
— Тебя вижу только я, потому что мой глаз способен улавливать твою сущность, — незнакомец кивнул. — Ты ходил всё это время за мной, а я думал, что сошел с ума, — снова кивок. – Но я еще не могу точно утверждать, что не сумасшедший, однако по простой причине того, что кроме меня нет никого, кто смог бы тебя увидеть, ты просишь помощи у меня…
— Браво! – мужчина захлопал в ладоши. – Всё именно так.
Аллен кивнул, скорее сам себе, в несущественный знак того, что ситуация медленно, но верно начинает доходить до его сознания.
— А что за помощь? – спохватился Уолкер.
— Я ждал этого вопроса, — довольно улыбнулся незнакомец и подошел к мальчишке поближе. – Ты должен помочь мне вернуться. Ну, сюда, в ваш людской мир.
Аллен закачал головой:
— Невозможно… Ты спятил, наверное… — он, не веря, смотрел на мужчину. — Хотя нет, спятил я. Ты – привидение, мертвец, и ты хочешь… воскреснуть?
— Да.
— Воскреснуть? – переспросил блондин.
— Да, — мужчина кивнул.
— Точно бред, — Аллен провел рукой по волосам. – И каким образом?
— Ой, да запросто! – по всей видимости, эта тема радовала привидение. – Всё, что от тебя требуется – это ма-а-аленькая капелька твоей крови.
— Чего?! Нет, постой, тут какая-то ошибка. Не хватало мне еще в контакт с потусторонним миром вступать!
— Ты был бы прав, если бы я был «потусторонним миром». Тут такое дело… — мужчина почесал затылок, — дело в том, что я не умер. Я… проклят.
Аллен приподнял бровь – данная ситуация заставляла чувствовать себя истинно ненормальным.
— Я не хочу, — честно признался он.
— Но только ты сможешь мне помочь, — напомнил незнакомец. – Мне в тягость таскаться в этом обличии уже сто один год!
— Сто один? – в который раз уточнил Уолкер.
— Да.
— Хм… — мальчик задумался – выбор почему-то показался тяжелым.
— Соглашайся, — подталкивал мальчишку мужчина, заметив его смятение.
Аллен покачал головой, прикрыв глаза:
— Ты ведь не отстанешь?
Мужчина заулыбался – ему понравился тон мальчишки.
Аллен не видел в этом видении чего-то злого или, куда хуже, дьявольского. Мужчина улыбался, разговаривал с ним непринужденно и открыто. Смотрел в глаза, не боясь чем-то выдать себя, а расслабленность его рук и негрубый тон голоса позволяли думать о нем положительно.
— Ладно. Капля – не больше.
— Эй, пацан?
Аллен повернулся к незнакомцу.
— Только не сегодня, — усталость тонким слоем покрывала лицо мальчика.
— Да какая тебе разница? – возмутился мужчина, уперев руки в бока.
А, впрочем, правда, какая разница? Аллен посмотрел на свои ладони, на одной из которых отпечатались следы от ребер ключей, которые так нервно сжимал он на протяжении всего разговора. Ком смешанных мыслей распутался, и теперь Уолкер трезво смотрел на ситуацию. Неизвестное существо сейчас просило о помощи. А всё, что требовалось от него самого – капелька крови.
Взвесив всё «за» и «против», мальчик протянул мужчине левую руку.
Он и не успел моргнуть, как «странное существо» полосонуло ему ладонь чем-то острым. Из свежей раны тут же показалась темно-красная жидкость, тонкой лентой стекая к запястью. Руку начало неприятно жечь, но Аллен не обращал на это должного внимания. Его заинтересовало то, что видение имело плоть – его руки не прошли сквозь него.
Аллен вздрогнул, когда почувствовал, как мужчина провел холодным языком вдоль всей раны. Он отвернулся, прикрыв глаза. Ему бы не хотелось потом видеть в своих воспоминаниях картинки того, как какое-то привидение слизывает его кровь. Мальчик поёжился.
Мужчина отпустил руку Уолкера, довольно улыбаясь. Аллен нерешительно посмотрел на него. Источник его беспокойства стоял совсем рядом и смотрел на мальчика сверху. В глазах плескались уверенность и безмолвная победа. Он получил то, чего так жаждал сто лет. Теперь он будет свободен. Теперь он волен быть человеком, вернуть своё «я» в этот мир…
— И что? – нарушил тишину Аллен. – Что-то не видится процесса твоего возрождения, — мальчик хмыкнул.
— Малыш, не всё так быстро! – мужчина замахал руками перед лицом Уолкера. – На протяжении только пары недель я вернусь в нормальное состояние.
— Пары недель? – переспросил Аллен, уже в который раз за этот разговор.
— Да, — подтвердил мужчина. – Моему теперешнему телу необходимо принять этот глоток человеческой крови, чтобы разнести по каждой клетке.
Аллен кивнул, сделав вид, что всё понял. Теперь, когда этот странный дух-человек получил, что хотел, он не обязан больше делить своё время с ним?
— Ну… — задумчиво протянул мальчик. – Пожалуй, я пойду.
— Хорошо, — усмехнулся мужчина, посмотрев на то, как Аллен старательно хочет увильнуть от него. – Буду рад встрече с тобой снова.
— И даже нет подобия на благодарность, — хмыкнул Уолкер, заходя в квартиру.
Но перед тем как дверь захлопнулась, он всё-таки услышал отчетливое «Спасибо».
То-то же.

Не было такого чувства, что Аллен разговаривал с мистическим существом. У мальчика лишь отложилось осознание того, что он разговаривал с незнакомым ему мужчиной, простым человеком, который просто просил о помощи.
Ладонь он промыл первым делом, как только оказался за толщей кирпичной стены от этого недопривидения. Неумело перебинтовав поврежденную руку, Аллен позволил себе подумать о произошедшем.
Всё казалось выдуманной иллюзией, сном и глупостью. Словно это и не с ним происходило. Да и чувство преследования тут же испарилось, и Аллен был уверен, что не из-за самовнушения, а из-за того, что дух ушел. Действительно ушел. И с чего бы его глазу видеть ненужное? Причем одному глазу, со шрамом… с этим гадким шрамом.
Сейчас хотелось увидеть отца. Рассказать ему о происходивших глупостях и быть уверенным, что папа не назовет Аллена сумасшедшим. Быть уверенным в том, что папа как всегда улыбнется и скажет что-то обязательно теплое...
Поставив чайник кипятиться, мальчик посмотрел в окно на темнеющий вечер. Спокойствие, которого так не хватало последние сутки, снова вернулось. Аллен посмотрел на мокрую дорожку на стекле, по которому медленно и плавно катилась капля… и не одна.
Снова дождь.
Снова осень.
Сгустившуюся тишину развевали лишь тихое сопение чайника, собственное дыхание…
…и внезапно раздавшийся звонок.
Мальчик нахмурился – приведение решило навестить его? Или всё же не приведение? А больше некому — вряд ли кто-нибудь из одноклассников решил навестить его в такую неспокойную погоду.
Оставив чайник греться, Аллен не спеша вышел из кухни, с какой-то опаской и любопытством подходя к двери. Холодной ауры не было, какая чувствовалась рядом с тем мертвецом, но чувство, что это вновь что-то (кто-то) незнакомый, странный незнакомый, становилось всё больше и больше.
Тихо подошедши к двери, ощущение опасности и неизвестности усиливалось, но любопытство взяло верх. Аллен не потрудился спросить посетителя о его личности и опрометчиво открыл дверь.
На его лестничной площадке стоял юноша, возрастом немногим больше самого Уолкера. Волосы его были длинные, как у девчонки, собранные в высокий темный хвост. Этого человека Аллен видел впервые, но осмотреть так и не успел. Незваный гость отпихнул мальчика в сторону, по-хозяйски проходя в квартиру.
— Эй, ты что себе позволяешь?! – возмутился Аллен, хватая посетителя за плечо, в намерении остановить, не пропустить.
— Это я что себе позволяю? – зло спросил юноша, резко развернувшись и скинув чужую ладонь со своего плеча. – Это ты позволил себе недопустимо многое!
Аллен ошарашено посмотрел на гостя, но вмиг взял себя в руки:
— Если ты не уйдешь отсюда самостоятельно, то я вызову полицию или вышвырну тебя сам, — говорить он старался негромко и убедительно.
Незнакомый парень ехидно улыбнулся:
— Сил не хватит. Да и не дорос еще.
Уолкер снова хотел возмутиться, но его тут же перебили:
— Дверь закрой, — голос прозвучал приказным тоном.
Блондин глубоко вздохнул, и это действие лишь прибавило ему решительности для первого шага в драку.
Его удар, направленный противнику в лицо, был блокирован, а подсечка снизу – перешагнута. Повторный рывок на противника закончился неудачным приземлением на пол.
Все произошло за считанные секунды, и Аллен даже понять не успел, как этот незнакомец так быстро среагировал на его нападение. Причем реакция была удивительной – ни один удар не оказался пропущенным, да и еще сам мальчишка теперь оказался поверженным. А вот противник этим временем прикрыл дверь и, перешагнув через лежащего, прошел дальше. Почти прошел…
Аллен схватил его за лодыжку, отчего гость потерял равновесие и упал бы, если бы не его, опять же, удивительная реакция.
— Твою же…! – выругался он, плавно приземлившись на одно колено. – Сам же себе яму роешь. Если бы упал на тебя – выбил бы ненароком тебе все зубы.
— Заткнись, — оскалился Аллен, вновь собираясь начать нападение.
Но гость тут же перекрыл все попытки к атаке со стороны лежащего.
— Не рыпайся, мелкий. Просто выслушай, — сказал он, крепко удерживая руки мальчишки.
— О да. «Давай ты тут посидишь, а я пока пороюсь у тебя по шкафчикам – а вдруг там куча денег»? — с ехидным взглядом поинтересовался Аллен.
— Не угадал, шпендель. Всё намного страшнее, — гость прищурился, отчего лицо его приобрело оттенок убийцы.
Аллен замолчал, предчувствуя нехорошее.
— Ты нарушил одно важное правило, придурок, — сказал незваный посетитель.
— Не понимаю о чем ты, — Аллен немного успокоился, когда почувствовал, что его руки больше не держат.
— Прекрасно понимаешь, — прошипел парень. – Ты позволил Ною взять твою кровь.
Аллен застыл. А хвостатый продолжил:
— Из-за твоей пустой башки теперь весь наш Орден поставлен под угрозу.
Послышался звук обнажающегося меча. Аллен не ошибся – у незнакомца действительно в руках оказалась катана.
Юноша приставил холодное лезвие к шее мальчика:
— Что он тебе предложил?
Аллен не знал, что ему ответить. Откуда этот парень знал о его помощи духу? И как он его назвал? Ною?
Мечник внимательно смотрел в серые глаза, в которых читались растерянность, непонимание, желание оправдываться, словно его подставили. И действительно, Уолкер чувствовал себя слабым и потерянным. Подставленное оружие к его шее не приободряло, напротив, Уолкеру показалось, что струны его нерв натянулись настолько сильно, что грозили вот-вот порваться.
Взгляд хвостатого метнулся на перебинтованную руку блондина, отчего мышцы напряглись и острое лезвие прикоснулось к горячей коже.
— Что он тебе предложил? – повторил свой вопрос парень.
— Н-ничего… — Аллен не на шутку занервничал.
Не смотря даже на то, что руки мальчишки были свободны, он не мог пошевелить ни пальцем. Всё тело словно окаменело от страха. Панического страха быть убитым. Какой-то грубиян, или, может, он псих-убийца, вор, неважно кто, — ворвался в его квартиру, прижал к полу, угрожая вот-вот снять его голову с плеч, если Аллен не расскажет ему то, о чем Аллен даже не догадывается в самых темных подкорках своего мозга. Он плохо улавливал суть разговора и то, что требовал от него мечник, было сложным для восприятия – не хватало информации, подробностей, объяснений.
Незнакомец, заметив испуг в серых глазах, удобнее перехватился за рукоять меча, но катану не убрал:
— Совсем ничего? – голос был отнюдь не спокойным.
— С-совсем…
— И ты просто так отдал ему свою кровь? Ни за что не поверю, — парень покачал головой, ему казалось, что его водят за нос. – Какой же тогда из тебя экзорцист?! Если нас осталось мало, это не значит, что можно опускать руки, ублюдок.
Аллен вконец запутался. Он совсем потерял нить разговора, не понимая половину из сказанного. Замешательство мальчишки, гость заметил сразу, принимая его за мысли о побеге:
— Даже не думай бежать.
— И в мыслях не было, — тихо произнес Аллен.
Брюнет оценивающе посмотрел на лицо мальчишки и усмехнулся:
— Поверить не могу. Такой сопляк и такое дело провернуть, — он покачал головой. – Голову бы тебе прочистить хорошенько, — он кончиком пальца провел по блестящему лезвию своего оружия. – Такие поступки Орден оценивает, как предательство. Не думаю, что тебе разрешат жить. А если и разрешат, то не думаю, что долго.
Аллен прикрыл глаза, почувствовав угрозу и насмешку в словах этого парня. Неизвестность и абсурд ситуации выводили из себя, заставляя нервничать, а что еще хуже, паниковать. Аллен медленно и прерывисто вдохнул:
— Можешь объяснить, что происходит? – голос был тихим, неспокойным.
Тонкие брови незнакомца поползли вверх.
— Ты притворяешься идиотом, или ты действительно идиот?
— Я не понимаю ничего, — Аллен пропустил колкость визитера мимо ушей. – Да, я действительно видел то привидение, я дал ему кровь. Далее я ни-че-го не понимаю, — заметив, что его слушают, Аллен продолжил: — Ты говоришь о каком-то Ордене, который я якобы подставил…
— Не «якобы», а подставил, — перебил его парень.
— Ладно, — согласился Аллен. – Пусть будет, что я его действительно подставил, — мальчик неуверенно посмотрел в глаза незнакомцу, — Ты упоминал экзиор... экзэр...
— Экзорцисты, — подсказал мечник.
— Да, точно, — потерянно кивнул Уолкер. — Кто они такие?
Мечник покачал головой:
— Ты ему кровь свою отдал или мозги?
— Не груби, пожалуйста, я серьезно не понимаю, о чем ты говоришь! – Аллен хотел было подняться, но предупреждающий взгляд и холодное лезвие у собственной шеи не позволили этого сделать.
Он снова обреченно положил голову на пол, внимательно смотря на парня, сидящего рядом. Надежда на спасение самого себя снова обрела цвет.
— Ты меня за дурака держишь? – голос брюнета был холодным, еще холоднее прежнего. – Ты видел проклятого Ноя и не знаешь, кто такие экзорцисты? – усмешка.
Аллен кивнул.
Отчего-то незнакомец прикусил губу, но тут же расслабился, не желая, чтобы кто-то видел его смятения. Верить этому малолетнему дураку не хотелось, но что-то было в серых глазах истинное.
— Ты видел Ноя, — повторил незнакомец, глубоко вздохнув, — а их не видят люди, их видят экзорцисты. Всех экзорцистов содержит Орден, — посмотрев Аллену в глаза, парень продолжил: — Немногим более ста лет назад произошел разлад между семьей Ноев с семьей Священника, после чего Священник проклял самых крикливых и опасных Ноев, сделав их невредными для общества, то есть невидимыми, бесплотными. А мы – экзорцисты – стражники проклятых, апостолы, способные остановить черную силу этой дьявольской семьи.
Аллен застыл.
Слова незнакомца казались правдой. Жесткий и серьезный взгляд этих темных глаз говорил о том, что их обладатель не может врать, а встреча с проклятым привидением позволяла верить в существование Священника, каких-то апостолов, стоящих против черной силы, и мысль о том, что Аллен нарушил очень важную границу, заветное правило, грызла изнутри.
Только начавшие рождаться мысли мальчика были отодвинуты на второй план, так как парень продолжил рассказ:
— Чтобы не позволить Ноям вернуться в мир человечества, мы дали клятву, что ни под каким предлогом не согласимся отдать свою кровь этим тварям… А теперь, когда враг получил пищу для возрождения… — он красноречиво посмотрел на Уолкера, который был белее собственных волос, — он постарается осуществить свои грязные планы снова. А нас – единственных, кто способен противостоять им, увы, мало. Теперь до твоей бесцветной головы дошло, что ты натворил?
Аллен нерешительно кивнул. В голове появилась новая порция вопросов, на которые он желал знать ответы. В душе было неспокойно – он прочувствовал всю вину за собой. Проступок, свершенный им совсем не для нарушения важного обета, обжигал все изнутри… Аллен, решившись задать первый, интересующий его вопрос, тихо вздохнул:
— Я не знаю об экзорцистах ничего, но из твоих слов следует, что они способны видеть Ноев... Почему тогда я видел Его?..
Мечник замер.
До него только сейчас начало доходить то, что этот мелкий — человек, способный видеть проклятого врага, человека, которого видеть совсем не должен! Он же не экзорцист — будь он апостолом, Орден бы сразу же узнал об его существовании, как только мальчишке исполнилось бы семь лет... Но Орден не пришел за ним, а значит, что этот пацан не стражник... но тогда кто он?
— Я… я видел его левым глазом, — Аллен убрал светлую челку со лба, демонстрируя экзорцисту шрам, растянувшийся тонкой полоской на левой щеке, заканчиваясь ровной звездообразной фигурой над бровью. – Когда я закрывал глаз, то дух пропадал из поля моего зрения.
Брюнет качнул головой:
— Откуда у тебя этот шрам? – голос снова ударил своей грубостью по слуху.
— Я не помню. Он с самого раннего детства у меня, а я сколько ни спрашивал об этом у отца, он ничего не желал про него рассказывать, говоря, что «всё равно уже всё в прошлом».
— Это проклятая пентаграмма на твоём лбу... Такой знак оставляли Нои.
Аллен нахмурился:
— И что это значит?
— Понятия не имею, — экзорцист убрал катану в ножны, вставая с пола. – Полагаю, Орден нам всё объяснит.
— Нам? – переспросил Аллен, почувствовав мнимую свободу от того, что странный апостол спрятал пугающий меч.
— Да, нам, — хмыкнул брюнет.
Исполненный нерешительности, Аллен поднялся следом.
— За шкирку тебя и в Орден, в лабораторию, на изучение.
Аллен поперхнулся воздухом, и на миг показалось, что в голове раздался оглушительный звук бьющегося стекла. Парень, посмотрев на Уолкера, усмехнулся:
— Это была шутка.
— Чувство юмора у тебя отменное, — Аллен почувствовал, что дышать стало гораздо легче, атмосфера становилась теплее.
— Столько проблем от тебя, мелкий.
Аллен недовольно посмотрел на незнакомца, собрав в себе все силы, чтобы не ответить колкостью:
— Можно просто Аллен.
— Пф… Нет разницы, — парень открыл входную дверь, выходя из квартиры и ожидая мальчишку. – Шевели поршнями, у нас нет времени мешкать.
Аллен не возразил, накидывая куртку и поспешно надевая сапоги. Этот незнакомец уже не вызывал прежнего недоверия и страха. Любой другой человек воспринял бы россказни длинноволосого за бред сумасшедшего, однако Аллен, повстречавшись со странным привидением, мог с удовольствием отметить, что если психбольница и грозит ему, то знакомый у него там уже есть. Почти знакомый.
Дверь захлопнулась, оставляя в квартире холодную пустоту и горячий чайник, брошенный медленно остывать.

@темы: фанфики, яой

URL
Комментарии
2011-05-17 в 22:06 

люк я твой крестец
От Админа - сана: так как не было сказано, можно было размещать этот фанфик или нет? то я смело его перетащила сюда) Приятного Вам чтения! Да и оставляйте коменты!

В следующий раз всё же предупредите, хорошо? ) :smiletxt:

2011-05-18 в 22:04 

$ Keko - san $
Когда я хорошая, я очень-очень хорошая, но когда я плохая, я еще лучше!(с)Я создана из ласки, слёз, любви и ненависти, счастья и печали, из боли и блаженства, из крика и улыбки…(с)
Kastana
В следующий раз всё же предупредите, хорошо? )
о боже... только сейчас на ник глянула...
ну я его в инете отыскала... т е не с дневника брала...поэтому не спрасила, а так обычно спрашиваю а потом)
извиняюсь)

URL
2011-05-18 в 22:15 

люк я твой крестец
$ Keko - san $ всё нормально)

2011-05-18 в 22:29 

$ Keko - san $
Когда я хорошая, я очень-очень хорошая, но когда я плохая, я еще лучше!(с)Я создана из ласки, слёз, любви и ненависти, счастья и печали, из боли и блаженства, из крика и улыбки…(с)
Kastana
я пока не добролась до фанфика, т е не читала, увидела и сразу перенесла...
но собираюсь... да и так думаю классный фанфик)

URL
2011-05-18 в 22:37 

.северный
люк я твой крестец
$ Keko - san $ буду рада, если оценишь после прочтения. -) :smiletxt:

2011-05-18 в 22:50 

$ Keko - san $
Когда я хорошая, я очень-очень хорошая, но когда я плохая, я еще лучше!(с)Я создана из ласки, слёз, любви и ненависти, счастья и печали, из боли и блаженства, из крика и улыбки…(с)
Kastana
уж в этом не сомневайтесь....)мимо не пройду и по достоинству оценю)

URL
2011-05-19 в 09:36 

$ Keko - san $
Когда я хорошая, я очень-очень хорошая, но когда я плохая, я еще лучше!(с)Я создана из ласки, слёз, любви и ненависти, счастья и печали, из боли и блаженства, из крика и улыбки…(с)
Kastana
суге) прикольный фанфик) мне очень понравился) браво)
а прода есть нэ?

URL
2011-05-19 в 11:59 

люк я твой крестец
$ Keko - san $ аригато.
Прода у меня в дневнике.

2011-05-19 в 12:36 

$ Keko - san $
Когда я хорошая, я очень-очень хорошая, но когда я плохая, я еще лучше!(с)Я создана из ласки, слёз, любви и ненависти, счастья и печали, из боли и блаженства, из крика и улыбки…(с)
Kastana
тогда ввалюсь - ка я к те в дневник...:lol::lol::lol:
если что всегда рада твоим творчеству в своем сообществе):nechto:

URL
   

главная